Август 2014

Русский дизайн. Ткани

12.08.2014

Ранее мы с вами говорили о том, что русский дизайн связан с с искусством более, а с технологиями менее. В этом наша слабость, но, определенно. и сила. Отечественные послереволюционные разработки в таких традиционных для прикладного искусства материалах как текстиль и фарфор ныне составляют национальную гордость и самый желанный предмет коллекционирования для многих музеев и частных заинтересованных лиц. Создавались эти разработки художниками первого эшелона, вошедшими в анналы модернизма: Малевичем, Суетиным, Чашником, Поповой, Степановой и многими другими.

Художественный текстиль искусствоведы относят то к монументальным формам искусства, если речь идет о гобеленах и театральных занавесах, то к жанру декоративно-прикладного искусства, если ткань создается для штор и обивки мебели или идет на одежду. К области дизайна текстиль начали относить недавно. Русский художественный текстиль 20-х годов не претендовал на монументальность. Он скромно ориентировался на промышленное производство и предназначался только для одежды. Занимались его разработкой две великолепные художницы с теперь уже мировыми именами: Варвара Степанова и Любовь Попова. С текстилем они были знакомы еще до революции. Несмотря на успешные занятия живописью они не стыдились придумывать абстрактные рисунки для вышивки сумочек, шарфов, платьев и подушек. не стыдился подобного занятия и сам Казимир Малевич, придумывавший рисунки для вышивок в супрематическом ключе и даже признавшийся, что по примеру матушки когда-то вязал крючком и даже плел кружево.

В 1924 году, Попова и Степанова. говоря официальным языком, откликнулись на призыв 1-ой ситценабивной фабрики в Москве. Фабрика предлагала художницам комплексный метод работы: планирование, сотрудничество с модными журналами, оформление магазинов и производственный контроль. В результате на свет появилось множество принтов, неожиданных для заказчика. Никаких привычных цветов и листьев, никакого по выражению Степановой «органического направления», а одна чистая, абстрактная геометрия, вычерченная при помощи линейки и циркуля. Раскупались, однако, ситцы, бязи и фланели с геометрическими рисунками в момент. «Больше ситчика моим комсомолкам» — призывал Маяковский. И ситчик, с рисунком очень похожим на оп-арт 60-х годов комсомолкам нравился. А как иначе, если Попова и Степанова ясно представляли себе конечную цель создания ткани — костюм. Разработка принта всегда сопровождалась эскизом костюма, исполненном на высочайшем художественном уровне. Художницы -производственницы прибегали к так называемому «проектному методу» работы, а это настоящее дизайнерское мышление. Сейчас можно сказать. что их рисунки для ткани, как и многие произведения международного дизайна не устарели. Они могут и сегодня выпускаться, точно также как выпускается мебель 20-х годов , светильники, посуда.

Разумеется, что эксклюзивный, малотиражный выпуск тканей Поповой и Степановой не выведет нашу текстильную промышленность, находящуюся в глубочайшем, апокалиптическом кризисе на уровень расцвета. Но тех кто создает модные коллекции, или разбирается в истории дизайна, или просто умеет видеть прекрасное может очень порадовать.

С. Азархи